Отрывок с http://letters.synnegoria.com/exler2.html

========================================

Внезапно Мария подняла голову и сказала: «А не съездить ли нам летом в Лондон, чтобы позаниматься английским языком?». Тут я похолодел… Ибо надо знать решительный характер моей драгоценной супруги, чтобы понять: такая фраза не может предполагать какого-либо развития дискуссии. То есть, даже если я скажу: «Да ну его, этот Лондон, в литую кружку! Давай лучше возьмем портвешка и скатаемся в Монино на рыбалку!», то в Лондон я попаду в любом случае, даже если Марии придется напоить меня снотворным и вывезти за границу, запакованным в чемодан вместе с моим любимым компьютером.
         Между тем, учить английский язык мне решительно не хотелось. Более того, я с полным на то основанием считал, что владею им практически в совершенстве. Что простому, но порядочному человеку полагается знать из английского языка? Правильно: «Йес», «Ноу», «Пардон», «Ван дринк, быстро», и, чтобы совсем покорить собеседника, - «Иль монументо ди Кристофоро Коломбо» (хотя это, кажется, уже не на английском). Вот и я – в совершенстве владел всеми этими словами, да и кроме того, еще помнил со школьных времен дивную фразу: «I like [существительное подставить по вкусу] so much, that I can't find words to express my feelings!». В школе на экзамене по английскому я величественно произносил: «I like моя школа so much…» и т.д., после чего англичанка заливалась слезами умиления, а директор школы горделиво поглядывал на представителей РУНО, которые начинали хлопать в ладоши и кричать: «Пять! Пять! Пять баллов, однозначно!». В институте эта фраза звучала как: «I like твердотопливные ракетные двигатели so much…», и шансы на получение стипендии становились удивительно высоки; после института данное предложение в модификации: «I love you so much…» была хитом №1 на любой вечеринке… В более зрелые годы я переосмыслил и несколько расширил этот бессмертный перл английской словесности, поэтому иногда «I like» превращалось в свою диалектическую противоположность - «I hate». Так, например, мое сочинение «I hate Microsoft so much, that I can't find words to express my feelings», получило приз зрительских симпатий «За краткость и емкость содержания» на конкурсе «Как Вы относитесь к фирме Майкрософт?», который проводила IBM.
         Проблем с диалогами у меня также не было, ибо для настоящего плодотворного общения с англоязычными слоями различных населений достаточно было знать только две фразы: «I see» (которую непосвященный читатель переведет как «Я – море», а посвященный знает, что данное словосочетание означает только «Короче, я понял») и «What is it?». Рецептура применения этих двух несложных фраз такова: на пять-шесть «I see» – одну-две «What is it?», и в глазах собеседника Вы предстанете человеком понятливым, интеллигентным, пытливым и даже - остроумным. Простейший диалог звучит примерно таким образом:
        

и т.д.
        
         И вот такого человека, чей блестящий языковый запас был также пополнен одной-двумя ругательными фразами еще на пятнадцати языках – собирались отправлять в лондонскую школу для изучающих английский язык. Разумеется, я стал активно протестовать. Полчаса я вспоминал все самое ужасное, что мне приходилось слышать и читать об Англии: голову своему королю отрубили; напустили жуткого туману, в котором все равно ничего не разглядишь; совершенно распустили своих футбольных болельщиков; затравили несчастного Оливера Твиста, который был вынужден броситься под поезд и т.д. и т.п. А когда вспомнилась их знаменитая английская овсянка и дикая привычка пить чай в пять часов вечера, я весь просто заплакал, и Мария поняла, что сейчас спорить со мной – бесполезно, поэтому разговор был отложен на несколько дней.

==============================================

Первоисточник - http://letters.synnegoria.com/exler2.html